hey

Овраг в черемухе, черемуха в овраге

Как в старые добрые времена, вернулась с игры и чрезвычайно довольна.

Несмотря на свою непростую судьбу, два переноса и последовательную смену мастеров и игроков, "Овраг в черемухе" не просто состоялся, но случился весьма духоподъемным. Несмотря на то, что последние годы после выхода из стен университета я все никак не могу найти себе место в жизни и душевный покой, мне удалось поиграть так, как будто ничего такого в моей жизни не происходит, а работа, игнорируя заявленный отгул, не названивает мне на полигон с утра до ночи.

Есть для меня какое-то тайное свойство игр-белогвардеек, что они могут вытащить меня из поразительных провалов - чего стоит одна только история с "Красным террором", давшим мне тогда передышку от депрессии и заставившим поверить в чудеса. Кстати, о сумрачном состоянии моего сознания тогда говорит хотя бы то, что сейчас я не узнала полигон, пока мне не сказали на второй день, что это тот же самый. В общем, я и на этот раз надеялась на выход вперед и вверх - и не прогадала.

В двух словах, о чем игра. Есть два города - Петроград и Париж. В обоих идет 1919 год. В каждом из них есть укорененные жители, которые знают, зачем живут именно там, и есть выбирающие - которые еще не уверены, хотят они жить в Париже или Петрограде. И для укорененных оба дня время течет линейно, а для выбирающих - как бы параллельно две ветки реальности, и в конце им предстоит выбрать, какая была для них настоящей, а какая просто приснилась (давным-давно белогвардейки от Алькве, начавшиеся после "Смольного", получили общий подзаголовок "Сны о революции").

Еще прошлой весной я задумалась, кем же я хочу на эту игру. Было, как обычно, два варианта: свозить Лизу Ланскую или выбрать что-то другое. По зрелому размышлению я поняла, что Ланской в Петрограде в 1919 году делать решительно нечего - она очень занята на Дону, а самостоятельно лезть в гнездо большевиков ей не с руки. Тогда можно было выбрать что-то простое типа третьей кухарки в пятом ряду и поиграть в двух городах и в предлагаемый мастерами концепт, а можно попретендовать на что-то помощнее, но лишиться половины игры. Подумав еще, я поняла, что готова отказаться от петроградской части (в конце концов, Коллонтайка в моей жизни успешно случилась) и окопаться в Париже в качестве хозяйки богемного салона - Анны Чировской, жены мецената Леопольда Зборовского, тоже эмигрантки, но еще в те времена, когда все было в порядке, и по собственной воле. В каком-то смысле это тоже была Лиза Ланская - но та Лиза, какой она бы стала, не случись войны и революции, то, о чем она мечтала, учась в Смольном. Роль была челленджовой, поскольку я никогда не уверена, что люди будут меня слушать, и им будет интересно то, что я предлагаю, но дело спасла Тель, которая заверила меня, что все получится отлично. Так, кстати, и вышло)

На белогвардейках я игрок, с одной стороны, капризный, в том смысле, что не терплю клюквы и незнакомства с матчастью (поэтому я в свое время не поехала на чешский "Легион" о чехословаках в Сибири в 1919 году), а с другой - у меня уже скопилось столько собственной травы на эту тему, что мне только повод дай - упорюсь без остатка. Тут удачно сложилось и то, что игроки были вполне в теме и исторически аккуратны, и то, что поупарываться в это хотелось не мне одной.

Несмотря на двухходовую подготовку, до начала игры персонаж был довольно сырой. Правда, практика показала, что домашние заготовки все равно плохо натягивались на происходящую реальность, зато выросшее по ходу игры оказалось самым правильным. На входе было несколько ключевых тезисов: 1) блистать и давать надежду, 2) давать ее не всем, а очень избирательно - например, точно знать, кого и за что из салона с позором изгонят, 3) при всем сочувствии к эмигрантам не забывать, что она давно и прочно гражданка Франции со всеми вытекающими.

Для меня залог здоровья - проработанный внешний вид. Для этой игры я научилась без парика создавать из длинных, крашенных в фиолетовый волос иллюзию каре естественного цвета, наконец-то одолела "холодную волну" (правда, вылив на это килотонны лаков и фиксаторов и все равно вынужденная поддерживать конструкцию невидимками), а также собрала прикид из нижней рубашки дориатской эльфийки и столы римской матроны. Нитку жемчуга и более легкую шляпу взамен своей фетровой прикупила уже на игре у m-lle Шанель. Кажется, некоторые меня не узнали.



Приехав на полигон, я изрядно занервничала, поскольку львиная доля игроков была мне незнакома. Я все-таки не умею играть мощных персонажей без плотной поддержки - а тут фактически получалось, что я тащу салон в одиночку, а у меня меняются разные люди, почти никого из которых я не знала. Но тут оказалось в очередной раз, что ролевое сообщество гораздо пышнее и ветвистее, чем я привыкла, и познакомилась с большим количеством совершенно потрясающих людей, с которыми хочется играть дальше (особенно исторички!).

Итак, русская дворянка польского происхождения (это давало мне возможность при необходимости вставать на любую из трех идентичностей) Анна Станиславовна Чировская занималась тем, что кормила в Париже голодных художников и по мере возможности опекала их. Правда, не буквально - больше всего Анна ценила свободу воли (поэтому и уехали они с мужем из России еще в 1913 году, когда им казалось, что все уже плохо - а плохо еще не начиналось), а еще, в отличие от подавляющего большинства художников и русских эмигрантов, знала цену деньгам, которую не знали они, а потому не умели с ними обращаться. Зато она с этим подходом оказалась очень кстати в Париже - чтобы это понять, достаточно сравнить тематики произведений, скажем, Достоевского и Золя. Вся французская литература, включая даже романтического Дюма, построена на франках, кредитах, векселях и драме пыльных бухгалтерских книг. Анна собирала вокруг себя блестящие таланты, потому что понимала, что ей самой не хватает таланта ни в одном жанре - а еще потому, что разыскать и отполировать бриллиант - дело невероятно азартное. Поэтому она звала на вечера в салон не только заслуженных мэтров и богатых ценителей искусства, но и любителей, потому что можно прожить всю жизнь и так и не узнать, что в тебе умер поэт или художник. Иногда, правда, она чувствовала себя многодетной матерью, потому что талантливые люди порой ведут себя непристойно или тащат в рот всякую дрянь типа кокаина, а потом норовят застрелиться. Сплошные хлопоты, в общем.

После начала Великой войны Анна заметила, что ее вечера, кроме понятной задачи поддержки талантов, имеют еще одну важную функцию. Многие, кто к ней приходил, вышли из ада - и поначалу ни о чем, кроме этого ада, говорить не могли. Всегда первые раунды выступлений были про войну и кровь, и только к третьему кругу гости начинали петь, читать, рисовать о чем-то другом. Иногда о любви, иногда о ностальгии, иногда о несбывшемся, еще реже о чем-то веселом. Но ад начинал понемногу отпускать их - потому что искусство побеждает и это. А еще это такое специальное время, когда можно отвлечься от повседневности и подумать о душе или, например, порисовать - особенно тем, у кого в жизни не хватает на это времени. (Я увезла с игры три своих портрета, спасибо авторам).

У меня было несколько домашних заготовок салонных игр, но ни одна из них не сработала - зато пышным цветом расцвела вскользь брошенная княгиней Палей аллюзия. Я вспомнила, как в Зеркальном на олимпиадных сборах светлой памяти Марина Валентиновна Русакова тренировала нас на распознавание стилистики Серебряного века на гениальном, но почему-то малоизвестном сборнике "Парнас дыбом", который представляет собой подборку пародий на известных авторов, написанных по мотивам "У попа была собака" и "Жил-был у бабушки серенький козлик". Это была абсолютная победа по всем фронтам: вовлекающее всех мероприятие (угадывать могли все присутствующие), comic relief между трагически-драматическими обычно номерами, интеллектуальная игра не самого простого (но и не самого сложного, чтобы не потерять интерес) уровня, и просто уморительно смешные тексты. Кстати, их правда гораздо веселее читать вслух, лучше в компании. Некоторых авторов вообще с одной только интонации можно распознать. В общем, люто рекомендую.

Оказавшись в среде парижан, Анна с удовольствием восторгалась, спорила, скандалила, голосовала на выборах, побеждала на соревнованиях по стрельбе (это Ланская напомнила, что в этом персонаже без нее тоже не обошлось), сплетничала с мадмуазель Шанель, пила кофе со взбитыми сливками и всячески наслаждалась жизнью. Но все-таки помнила о приличиях: ходила на каждую мессу (я решила, что польские корни дают возможность укорениться во Франции и со стороны религии), демонстративно игнорировала тараканьи бега и спиритические сеансы (о чем жалею как игрок, но надо было держать марку) и не ввязывалась в интрижки, будучи честной женой, хотя не препятствовала в этом другим - свобода воли все-таки (о, какая ошеломительная история любви княгини Хованской и бывшего художника, а ныне хозяина кофейни Анри Руссильона разворачивалась на моих глазах! А нежная пара Зинаиды Гиппиус и художницы Веры Черновой под парами кокаина! Не говоря уже про несостоявшуюся свадьбу первопоходника, получившего от меня поручительство в обмен на свою историю, и трогательное сватовство юного князя к обедневшей вдове). Еще был прекрасный стекольный завод, где расписывали баночки и куда Анне самой тоже было не по чину работать (а хотелось!). Все, что нужно знать об этой игре: после первого дня запас баночек иссяк, и мастерам пришлось забирать стеклянные флаконы из Петрограда, где они моделировали пороховые заряды, и переправить их в Париж как "заказ на флаконы для духов от Герлен".

А в своем доме, когда он был полон русских эмигрантов, Анна чинно называла гостей по имени-отчеству и задавала сложные вопросы, вроде "а что будет после, если Юденич/Деникин все-таки захватят Петроград?", "а вы подумали, в какой валюте вы собираетесь везти собранные средства?", "чей сейчас Крым?" и так далее. Возвышенные эмигранты (или просто объятые мономанией, с ПТСР в глазах), дотоле обычно не задумывавшиеся о таких приземленных вещах, ошеломленно молчали в ответ. Впрочем, Анна в любом случае готова была поддерживать белое дело, поскольку происходящее в Совдепии было ей глубоко противно как эстетически, так и экономически - максималисты пытаются отменить законы экономики, еще бы они законы тяготения попробовали отменить. В результате на ее имя как французской гражданки был открыт депозит на сбор средств для армии Юденича.

Кроме приятного времяпрепровождения, салон Зборовского еще предоставлял премию мецената, что должно было изрядно поправить денежные обстоятельства тех, кто в этом нуждался и при этом был достаточно талантлив. Я решила, что наиболее играбельно будет не самой выбирать номинантов и победителя, а спрашивать самовыдвиженцев из числа присутствующих, а выбирать общим голосованием остальных гостей. Конечно, сравнивать картины с пением или стихами - задача не самая логичная, зато за счет этого и сохраняется интрига (даже для меня самой), и повышается вовлеченность присутствующих в происходящее, и другие персонажи, в целом, могут подыграть тому, кого считают более нуждающимся в этих деньгах. В общем, премия оба раза тоже даром не пропала. Остальные же могли рассчитывать на персональные выставки и частные заказы.
А после официального закрытия салона почетные гости оставались и продолжали вечер в камерной обстановке, когда можно на крохотном пятачке танцевать вальсы, петь все неспетые романсы и бесконечно наслаждаться.

Еще, по уже сложившейся традиции этих игр, по ночам были перформансы. В первую я участвовала в трех. Один рассказывал, что жизнь Анны в Париже не всегда была безоблачной - после начала войны их салон начали подозревать в шпионаже (поскольку, что логично, до того он принимал творцов любой национальности), за что спасибо злому жандарму Денне. Второй был мой выход для Денны и его персонажа - сцена в Шлиссельбурге, когда к бомбисту Каляеву приходит вдова убитого им великого князя, чтобы простить убийцу. А на третий я не удержалась, достала из чемодана гимнастерку с солдатским Георгием и добровольческим шевроном и рассказала, что Лиза Ланская тоже хотела вот так же, чтобы салон, художники, красота и поэзия, перчатки и шляпки - а получилось вот что.



Во вторую сначала о себе говорили укорененные - ради чего они были, что они воплощали своей жизнью. И выбирающие отдавали им свои голоса признательности - Парижу ценности, Петрограду патроны. А после, собственно, выбирали - какая жизнь для них была настоящей, а какая приснилась, и вставали по две стороны. И часть выбирала, как будет лучше для персонажа, а часть - как правдоподобнее. А потом стена рассыпалась, и все бросились обниматься.



И в финале традиционно благодарности.

Алькве - за то, что многие годы ведешь эту очень важную для меня тему, которая помогает мне быть живой.
Тель - за то, что поверила в меня там, где я сама не поверила, и все получилось.

Обоим семействам моих почетных гостей - Романовым-Палей и Хованским, а также их близким - за то, что были такими разными, но неизменно чуткими, принимающими и внимательными. Фактически моя основная игра была связана с вами.

Чудесным парижанам - Коко Шанель, с которой мы во многом сходились во взглядах, божественным хозяевам кофейни, пронырливым журналистам, набожному падре (а я вам так верила! так верила!!!), трогательно заботливому новому комиссару (вора может поймать только вор!), самоотверженному прежнему комиссару и другим - оплоту спокойствия и уверенности в завтрашнем дне.

Тем, кого Анна презирала и не скрывала этого, а Воробейка говорит спасибо - варьете и особенно Диовите, жуликоватым Дранькову и Пьеру Берну.

Гостям и выступающим художественного салона - за то, что пришли, оживили и наполнили. Декламировали, пели, рисовали, отгадывали, голосовали. Без вас бы не было этих островков красоты посреди тревоги и неустроенности.

Эмигрантам - за ледяное дыхание бывшей родины, за контрасты, за душевную боль за свою страну, за попытки найти смысл и не закончиться - не только физически, но в первую очередь морально.

Укорененным Петрограда - за то, что в те редкие метаигровые моменты, когда мы встречались, было видно, насколько это несопоставимо разные миры, которые, казалось, вообще не могут сосуществовать в одной реальности.

Тем, кто отдал мне свой бриллиант в финале. Мне правда было очень важно знать, что вы сочли моего персонажа достойным.

Поразительным образом я на этой игре все успела. Спела все, что хотела. Показала и рассказала все, что считала нужным. Брала на себя столько, сколько мне удобно было нести как игроку, и не больше. У меня до сих пор на руках фантомные митенки, а на голове фантомная шляпа от Шанель.
воробей

Итоги 2020 и новогодние праздники 2021

Вообще-то весьма показательно, что с момента выхода на текущую работу у меня не было ни малейшего шанса зайти в ЖЖ. Поэтому начнем, как водится, с конца.

Как ни странно на фоне всего предыдущего, у меня случились совершенно феерические каникулы, каких не было давно (вот прям года полтора как). Это то самое ощущение, когда ресурс, который до этого капал по капле, и то не каждую неделю - вдруг полился огромным потоком, в котором можно плавать. В общем, я уехала в Москву к дорогим друзьям (много, очень много дорогих друзей) и вдруг вспомнила, как это - когда ты не башка-придаток к рабочему графику, а отдельный, целый, нормальный человек и любимый друг (и все равно, где ты работаешь и что там делаешь). Я-то уже боялась, что чертова "взрослая жизнь" отняла у меня все, что составляло мое бытие до этого - друзей и возможность с ними встречаться, ролевые игры, музыку (особенно самостоятельную), жизнь без расписания, спонтанные встречи, разговоры о самом важном, мировое искусство, бумажные книги, неспешные прогулки при дневном свете, возможность не трогать ноутбук даже трехметровой палкой, отсутствие мыслей о работе наконец. В общем, это была неделя невероятного изобилия, на которое я уже не считала себя способной. Похоже на то, как в разгар депрессии со мной случилось чудо ролевой игры, когда я двое суток была как настоящая - и это меня тогда чрезвычайно обнадежило. Может быть, когда-нибудь я смогу приспособиться так, чтобы жить не только на каникулах, но и во весь неподъемно длинный рабочий год между ними.

Collapse )

Но надо попробовать хотя бы подольше пронести тот ресурс, который я смогла набрать за эти каникулы. Продолжать покупать себе личи и мандарины, жарить стейки, читать иллюстрированные бумажные книги по истории искусств, достать наконец гитару, пойти наконец покрасить волосы, может даже купить себе какой попроще синтезатор, по возможности вылезать наружу и использовать зиму по назначению. Особенно хочется продолжать тусить с дорогими друзьями - но разговоров о важном не очень получается по зуму. Постараться вырваться хотя бы на одну игру. В общем, как-то продолжаться как человек, а не только как говорящая башка-по-проектам.
hey

Не успела написать про Адлер, как снова в него приехала

Давно сюда не писала - ресурса не было. По-хорошему, у меня завис еще отчетный пост после июльского отпуска, когда я успела съездить в Кенигсбергскую волость, на Черное море вблизи Сириуса, а после под Галич кататься на конях на целую неделю. Возможно, хотя бы про коней я еще напишу (есличо, люто рекомендую, прям деревня здорового человека), но факт остается фактом: я снова на том же Черном море в том же Сириусе, и к этому всему привела череда довольно сложных обстоятельств.

Collapse )
воробей

День рождения

В этом году все было иначе, чем обычно. Наше летнее путешествие этого года напоминает прошлое, но под девизом "воспитать в своем коллективе": вместо Северного моря в Бельгии - Куршская коса (те же дюны, сосны и холодное море, только дешевле), вместо Макарски - Адлер (тоже галька и теплое море, но все остальное совершенно иное). И только летний треугольник над головой тот же, и Юпитер смотрит, как там - а я на него, потому что звёздное небо над головой.

Про Кениг и окрестности много что имею сказать - но надеюсь написать это с удобной клавиатуры. Про Адлер я все знала со времен Сириуса.

Хотели сегодня поехать в горы, но в горах обещали грозу, и я реализовала запасной план - наконец-то встала на сапсерф. Увидели мы его впервые года три назад и снабдили девизом "лучше утонуть стоя, чем грести на коленях" - но нигде не давали его попробовать, а тут на каждом шагу. В итоге час боролась со стихией против течения, поняла принцип, хочу ещё, но по возможности в штиль.

Что касается итогов года, их вкратце видно из последних постов. Что важно в этом всем - я за последний год не была ни на одной живой игре, чего со мной не случалось всю мою ролевую карьеру, и это сильно дисбалансирует. Вообще создаётся впечатление, что я живу три-четыре месяца в году в промежутке с июня по октябрь, а с ноября начинается какая-то беспросветная муть, которая длится до следующего лета. Текущая работа в разы усиливает это ощущение, хотя, справедливости ради, мой юбилейный год и сам по себе выдался непростой - с переездом, сменой работы и самой работой. Надо как-то разъяснить эту сову и выйти из тупика, а то куда уж дальше.

В общем, будем надеяться, что в наступающем году будет лучше. Границы откроют, евро подспустится, ВиззЭйр начнет летать из Пулково, а я научусь работать так, чтобы было время и силы жить дальше, и при этом платили деньги. Я не уверена, бывают ли оба этих пункта одновременно, но я попробую.
angry

Итоги полугода

Поскольку на носу очередная смена эпох, пора вспомнить, что было с момента последней ревизии.

Весенний семестр 2020 вышел на редкость сложным. То есть прям индивидуальных и групповых челленджей на меня падало как из ведра, и я теперь с трудом дотянула до отпуска, в который послезавтра мы и отправляемся на целыймесяц. Отпуск тоже не как я привыкла - но мы постарались выжать из существующих ресурсов максимум, воспитать заграницу и теплое море в своем коллективе и вообще переключиться максимально. Потому что есть с чего.

Collapse )
воробей

Железный конь

Я написала этот пост вчера ночью, но злобный ЖЖ его сожрал. Попытаюсь воспроизвести.

Похоже, текущая история с карантином устроит революцию в ряде областей, в которых годами дело не сдвигалось с мертвой точки. Помимо довольно очевидных с доставкой на дом всего на свете и дистанционным образованием (конечно, в первую очередь дополнительным, потому что у школ есть еще важная функция передержки молодняка), это велосипедизация. В ситуации, когда общественный транспорт и транспорт общего пользования типа такси и каршерингов начинает восприниматься как опасность, а собственная машина есть не у всех, два колеса оказываются универсальным выходом для тех расстояний, которые сложно пройти пешком, но которые еще относительно недалеко – то есть, все то, куда люди обычно доезжали за пару остановок.

Велосипед я хотела давно. Предыдущий свели из подъезда на прежней квартире – а добывать новый в тех условиях, с бухающими в парадной компаниями, было полным безумием. После переезда подъезд оказался куда пристойнее (даже цветы на лестничных клетках живут), поэтому в целом велосипед вполне стоял у меня в планах – где-то там в прекрасном далёко, когда я перестану упарываться на работе, буду без страданий вставать по утрам, смогу зарабатывать столько, чтобы избавиться от трех дополнительных работ по вечерам, буду ходить в бассейн и на верховую езду, и проч., и проч. – иными словами, на никогда конкретно.

С неделю назад я поняла, что если у меня немедленно не будет велосипеда – я сойду с ума. Дальше откладывать некуда. Хоть выбирать агрегат вслепую по неизвестным мне ТТХ тоже казалось безумием (примерно на уровне покупки обуви без примерки), вариантов особо не было, и я выбрала-таки себе дешевый-сердитый вариант – Stels Navigator Lady 200, с ножным тормозом и одной скоростью, зато фиолетовый и с корзинкой на руле. Корзинка – это очень важно, особенно когда не любишь болтающийся на спине рюкзак во время езды.

После покупки (позавчера я пилила за ним, а потом на нем через полгорода) стало понятно, насколько это поразительно многофункциональная вещь.
Во-первых, колеса дают свободу, и теперь я могу ходить не только в самый ближайший магазин и аптеку, но и в те, что чуть подальше и повкуснее (хотя буквально в тот же день вокруг нас закрыли две Карусели!).
Во-вторых, колеса дают ощущение безопасности. Последнее время на улице, если я иду одна, мне все время кажется, что на меня сейчас нападут, отберут рюкзак, кошелек, телефон, по крайней мере выдернут термокружку из внешнего кармана рюкзака. Мне из-за этого приходилось далеко обходить отдельных и особенно группами мужчин, в крайнем случае убегая. Теперь у меня есть колеса, и догнать меня может уже куда меньшее количество народа.
В-третьих, гиподинамия и отсутствие воздуха. Несмотря на постоянное проветривание, у меня дома за ноутом через некоторое время начинает кружиться голова – а потом она кружится, когда я выхожу наружу, иногда до предобморочного состояния, и продолжает кружиться и болеть, когда я возвращаюсь. При этом разминки и йога площадью в один коврик меня уже не спасают. Надеюсь, что велосипед как аэробно-мышечная нагрузка как-то поправит ситуацию.
В-четвертых, пока я катаюсь, К. может посидеть один, что в текущих обстоятельствах вообще непросто устроить.
В-пятых, поскольку я не успела исследовать как следует район после переезда, на колесах гораздо удобнее это делать (нашла уже массу мест боевой славы, как моих собственных, так и общечеловеческих). Ну и на будущее, когда все это наконец отменят, можно будет кататься вдоль залива, по Волхову или еще где, куда можно вывезти велосипед электричкой.
В-шестых, велосипед у меня ассоциируется прежде всего с Европой, поскольку последние лет 15 я ездила на них в основном летом на каникулах, особенно на сравнительно дальние расстояния. По дороге можно петь в полный голос и никому при этом не мешать.

Может, в 30 лет уместнее хвастаться машиной, квартирой и младенцем, чем впервые в жизни купленным дешевым велосипедом, но уж что имеем.

hey

Larping online

Мир меняется, быт наш тоже меняется. После того, как паровым катком съелся выездной весенний сезон, безысходность привела ролевиков в онлайн. И это удивительный опыт, я вам скажу, потому что такой штуки я еще не видела, и обязательно надо будет добавить это в диссертацию. Шутка ли - живая ролевая игра по интернету. Сейчас в небезызвестном чате обсуждают, а чем же принципиально отличаются РИЖД от НРИ (при учете, что НРИ гораздо удобнее "водить" по сети, чем РИЖД, и далеко живущие довольно давно уже это делали), что подчеркивает актуализацию границ жанра и вообще рефлексии того, а чем мы вообще занимаемся.

Collapse )

В общем, результаты таковы, что, несмотря на все происходящее, игры продолжаются, форматы адаптируются (вон сегодня был Уралкон онлайн - я, правда, на него не попала), а играть жизненно необходимо. Все это точно не заменит в дальнейшем живых игр в целом, но в качестве отдельного жанра со своими преимуществами (например, принципиальной толерантностью к антуражу и местопребыванию игроков) вполне обещает оформиться.
quiteness

О работах

Стоит, пожалуй, поделиться тем, что я тут делаю на карантине (и до него, впрочем).

В прошлом году я работала в крошечной лаборатории урбанистики одного жирного общероссийского вуза. С начала года моя начальница оттуда ушла, прихватив меня с собой, и завела один маленький, но гордый центр, который занимается примерно тем же самым - помогает местным администрациям разговаривать с жителями - но уже не как чье-нибудь подразделение, а сам по себе.

После того, как я проработала тут три месяца, могу сказать, что я регулярно чувствую себя то мастером по работе с игроками, то участковым терапевтом государственной поликлиники, то вожатым в лагере, то Джейн Чатвин, то Коллонтайкой (сходство с последней особенно добавляет то, что наше подразделение имеет кодовое название ЦК).

Collapse )
meditate

Наш батискаф готов к погружению

Вот и закончился этот тяжелый март, на который в моем календаре с картинами Брейгеля стояло "Избиение младенцев". Надо хоть вкратце записать, что происходит, а то в исторические времена живем, потом будет полезно, как дневники Виктора Клемперера.

В начале марта, когда мы улетали в Армению, вероятность куда-то не_поехать казалась скорее любопытным казусом. На то, что что-то пошло не так, намекали только стоявшие в аэропортах в зоне прилета врачи. Дальше события покатились кубарем, и в первые пару недель совсем выбили почву у меня из-под ног. Сначала пикирующий рубль, который догнал нас даже в Ереване, а потом и все остальное.

Сразу по возвращении у нас на работе начались выезды в поле, причем с такой интенсивностью, с какой только в экспедиции люди работают: подъем в 6, выезд в 7, возвращение к ночи в 8-10-12, дальше обработка собранного, лечь после трех. К тому же в те недели погода была из рук вон плоха, и мне приходилось по паре часов проводить под ледяным дождем, а потом до возвращения сидеть в мокрой одежде. Стоит ли удивляться, что сразу после Комкона (о этот последний всплеск привычной мирной жизни!) я слегла с такой ангиной, которой у меня никогда раньше не было.

И вот та неделя была невероятно тяжелой. Я не понимала, что со мной происходит и должно ли уже паниковать; работа не ждала, и материал надо было обрабатывать; меня трепала температура, а по ночам я не могла спать, потому что просыпалась от боли при глотании; кроме непосредственной работы по профилю, на работе сложилась еще шизофреническая ситуация с документами, которые я никак не могла победить и уже думала, что меня из-за них уволят; наконец, ситуация снаружи накалялась, мероприятия отменялись одно за другим, кости планов хрустели под колесом карантина, а в Питере запустили проверку рупоров гражданского оповещения, что всякого питерца с анамнезом ленинградского воспитания вгоняет в паническое оцепенение. В поисках спасения я взялась за Камю, но и он меня обманул: это оказалась аллегория, вовсе он не про жпидемию писал, а про фашистов. Отдельно было невероятно жаль Италию; мне всегда было сложно с изобретением сюжетов, но тут меня прямо прорвало серией картинок "Венецианский Апокалипсис" - про то, как рушится привычное или ожидаемое, про то, что ничего уже нельзя контролировать и все высыпается из рук.

На прошлой неделе стало полегче. Поездки продолжились с той же интенсивностью, но стало уже чуть теплей и светлей, мы впрок закупались всяким, следя за новостями из Москвы, и наконец исполнили нашу мечту двухлетней выдержки - купили посудомойку. Кстати, всем рекомендую, отмыла нам тарелки так, что они снова белые, и вообще - долой кухонное рабство.

Что будет на этой неделе с работой, было до последнего непонятно: с одной стороны, наш офис задраили, с другой - сроки сдачи проектов никто не перенес, и закончить их все так и так нужно к маю. В итоге выпустили бумажку о нерабочей неделе, а по факту мы лениво (то есть не по 16-18 часов в день, как три предыдущих недели) допиливаем всякие хвосты и думаем, как нам теперь быть с проектами в свете полного перехода в онлайн.

Еще вчера случился вечер благодати, когда пришла Хейтелл, и мы втроем слушали концерт Бочаровой и Чешира в приятной виртуальной компании 300 толчков со всей Европы, что невероятно духоподъемно.

В текущей ситуации меня еще страшно интересует происходящее антропологически. Ужасно жаль, что у меня нет ресурса со всей нашей урбанистикой прицельно заняться сменой габитуса, скажем, во времена карантина, или интернет-мемами (надеюсь, этим без меня займется центр мониторинга актуального фольклора), но я прям жду талантливых выступлений и статей на эту тему через год. Возможно, это такой мозговой выверт, чтобы спастись от окружающей паники, но почему бы и нет. К самому же вирусу я отношусь довольно фаталистически, меня скорее пугают экономические, политические и социальные последствия (что будет с рублем; откроют ли границы; что вообще будет с экономикой; не решит ли правительство, что _так_ теперь можно всегда, и проч. и проч.).

К моему удивлению, наступающий карантин как таковой меня не парит. Мне наоборот совершенно никуда не хочется ходить, и то, что не надо, скажем, ездить в офис (в котором воняет так, что у меня немедленно начинается простуда), вставать ко времени, и вообще можно работать, когда удобно, потому что все остальные делают так же. Созваниваюсь с друзьями я едва ли не чаще, чем общалась в обычном режиме. Боль от отмены/переноса игр и лютой неопределенности с летом как-то притупилась - возможно, мозг просто устал от этого страдать (хотя определеннее не стало). Дом наш укомплектован всем необходимым примерно на полтора месяца, так что батискаф готов к погружению.
quiteness

Армения

Пока мир затаился в ожидании, а у меня случилось наконец чуть-чуть свободного времени, надо записать, как мы две недели назад съездили в еще одну новую для нас всех страну - Армению. Как теперь стало ясно, мы ловко проскочили в закрывающиеся ворота осажденного города, и когда удастся снова выйти наружу - совершенно непонятно. Поэтому, пока воспоминания еще не совсем выветрились, запишу основное.

Общее ощущение у меня такое: Армения одновременно похожа на кучу разных мест, где я была - и одновременно не похожа ни на что. Это примерно как боковым зрением увидеть армянский текст: сначала кажется, что ты сейчас прочитаешь, надо только сфокусироваться. Ты фокусируешься - и понимаешь, что обманулся: это совсем незнакомая тебе вещь. То же работает и в других аспектах. Так, много в чем Армения похожа на Израиль, а армяне - на евреев: и тысячелетняя история, и ощущение себя на острове в окружении врагов, и моноэтническая церковь, и собственная письменность, и следы всепроникающего эллинизма и сложные отношения с Парфией, и культура средней патриархальности, и чудовищная история геноцида (такое ощущение, что вся технологическая система уничтожения людей, раскрученная к середине ХХ века, тестировалась в начале века на армянах), и то, что армяне фактически выполняли "роль евреев" на Кавказе - то есть были образованным городским классом, занимавшимся торговлей и подобными вещами, поскольку остальное им было запрещено. Еще Армения отчасти похожа на Балканы - Сербию, Хорватию или Грецию (а порой даже Италию), а отчасти, естественным образом, на Дагестан. Хотя на Дагестан она похожа заметно меньше, чем я ожидала. А частью тут, конечно, Советский Союз и Абхазия. Но каждый раз присмотришься - нет, все-таки другое, этот текст записан незнакомой письменностью. И наоборот: порой кажется, что совсем дичь - но нет, они и индоевропейцы, и христиане, вроде все ж таки не так далеко ушли.

Collapse )

Теперь надо при случае посмотреть Грузию и сравнить.